Как незрячий музыкант из Гомеля мастерит музыкальные инструменты | Новости Гомеля
Юлия Митрахович Юлия Митрахович Автор текста
15:06 14 Января 2022 Общество

Как незрячий музыкант из Гомеля мастерит музыкальные инструменты

Гомельчанин Дмитрий ГЕРАЩЕНКО – именно тот человек, который в буквальном смысле смог бы сыграть ноктюрн на флейте водосточных труб. Какие бы метафоры ни вкладывал в эту строчку Маяковский. Родившийся незрячим профессиональный музыкант сам делает музыкальные инструменты и приобщает к миру звуков детей с особенностями развития. 



«Сёма – молодец». Один из коридоров гомельского Центра инклюзивной культуры наполняется переливами польки. Звук аккордеона доносится из кабинета № 20, что за актовым залом. На дверях –  красочная табличка «Музыкальная театр-студия ЛаЛаЛенд». Здесь незрячий преподаватель Дмитрий Геращенко знакомит с богатым миром музыки деток с аутизмом. 

– Здра-а-а-вствуй, Сёма, – растягивает меха на аккордеоне Дмитрий.

– Здра-а-а-вствуй, Дима. Сёма – молоде-е-е-ц, – пусть и невпопад, с трудом управляя небольшой гармошкой, отвечает мальчик. 



Юный музыкант постукивает палочками друг о друга, отбивая ритм. Раз-два-три. И под аккомпанемент учителя начинает бить по тарелкам и барабану. Затем в ход идут ксилофон, посох с «шумом дождя», гусли. 40 минут занятия пролетают вмиг. Улыбка с лица мальчика не сходит ни на секунду. 



– Наши занятия основаны на орф-педагогике – это методика, в которой учитель позволяет деткам всячески себя проявлять в творчестве, не довлея, а предлагая варианты. У нас нет обязательной программы, – говорит руководитель студии Дмитрий Геращенко. ­­­– Каждый человек в душе музыкант. Я и сам в детстве всегда хотел потрогать инструмент и понять, как он звучит. Но для многих музыкантов дать свой инструмент – как поделиться обеденной ложкой. А у нас разрешается играть на всём! С помощью музыкальной терапии у детей поднимается настроение. Она даёт им эмоции, которые способствуют положительной динамике в развитии. Некоторые поначалу не могут концентрировать внимание. Но потом появляется интерес, они долго зависают над инструментами, начинают попадать в ритм и даже играть простые мелодии.

Человек-дельфин. Дмитрий Геращенко «видит» ушами. Предметы окружающего мира он воспринимает как дельфин – методом эхолокации. В этом ему помогает абсолютный слух. Мужчина потерял зрение ещё в младенчестве. Но в деревне, где он вырос, каждые руки были на счету, и помогать по хозяйству приходилось наравне с остальными. Мальчик даже научился кататься на велосипеде. Чтобы не врезаться в преграды, он ориентировался на звук колокольчика, специально привязанного на велосипеде едущей впереди сестры. 

Дмитрий Геращенко виртуозно владеет техникой игры на баяне, фортепиано, гитаре, тубе, кларнете и саксофоне. Много лет он выступает на различных концертных площадках.

К музыке парня тянуло всегда. В музыкальную школу в Терешковичах его взяли не сразу. Как заниматься с таким ребёнком?  Как он будет читать ноты? Но, видя неподдельный интерес, преподаватель Василий Золотарёв смягчился и разрешил сначала просто приходить. Хулиган, как называли парня, мог часами возиться с музыкальными инструментами, изучая их устройство и звучание. 

Подавая документы на отделение народников в Гомельский государственный колледж искусств имени Соколовского, Дима услышал такие же сомнения от приёмной комиссии: «Ну как ты напишешь нотный диктант?» Послушал, сел за фортепиано и сыграл.



– Музыканты сначала учат нотную грамоту, затем работают на слух. У меня наоборот: играл всё на слух, параллельно знакомясь с теорией, – вспоминает учёбу в колледже собеседник. – Я вижу только свет и иногда чуть-чуть краем глаза большие размытые силуэты. Нотный стан преподаватели рисовали толстым маркером, показывали на пальцах: пять пальцев – пять линий с нотами – или записывали их на диктофон. 

Самым трудным выходом из зоны комфорта в колледже было дирижирование. Дима умолял заведующего народным отделением Владимира Иванова избавить от участи управлять оркестром. «Раз поступил, проходи программу от и до», – категорично отвечал Владимир Генрихович. Студент вслепую выучил жесты дирижёра, на слух – расположение инструментов в оркестре. Без казусов с рассинхроном оркестра первое время не обходилось, но на госэкзамене выученный на слух арабский танец «Кофе» Дима надирижировал на 9 баллов.




Новая жизнь инструментов. Ударник, духовик, клавишник, струнник – проще сказать, на каких инструментах этот человек-оркестр не играет. Сначала он занялся их ремонтом. Дело с изготовлением дешёвых аналогов началось, когда помогал жене Елене с подготовкой к экологической выставке в ГГУ имени Ф. Скорины. 



Дмитрий Геращенко с удовольствием примет ненужные или сломанные музыкальные инструменты, чтобы подарить им новую жизнь. 

– Кто-то спасает кошек и собак, а я даю новую жизнь инструментам, – улыбается Дмитрий. – Когда мне в руки попадает музыкальный инструмент, я его «снимаю»: сканирую на ощупь, слушаю звучание, затем воспроизвожу. Работать приходится болгаркой, дрелью, лобзиком. Смотрите, почти каждый палец в шрамах.   



Некоторые инструменты из своей коллекции он отреставрировал, некоторые сделал с нуля из того, что «плохо лежало». Первым был выходец из Перу кахон – внешне похожий на обычную тумбу, но благодаря натянутым внутри струнам под умелыми руками мастера он превращается в барабан. Ксилофон Дмитрий сделал из старой детской кровати. Панфлейту – из металлопластиковых труб. 


Железная ручка от швабры переродилась во флейту. Консервные банки теперь звучат как бразильский инструмент агого. «Шум дождя» в посохе создают крупы и измельчённая скорлупа орехов.  

– А этому инструменту позавидовал даже знакомый, который играет на диджериду. 


– Он у него дорогой, из красного дерева, но звучит только в одной тональности, – Дмитрий показывает свой аналог, изготовленный из водосточной трубы. Уникальный инструмент совмещает в себе еврейский шафар и австралийский диджериду, немного напоминающий по тембру горловое пение сибирских шаманов.

В планах мастера – волынка из старого кожаного рюкзака, арфа, барабан. Своего часа ждёт тульская гармонь, которую после 20 лет молчания нужно восстановить практически с нуля.
 
«Я научился жить без глаз». Отсутствие зрения для Дмитрия не ограничение. Мастер спорта по футболу и теннису для незрячих, было дело – танцор, актёр инклюзивного театра и самое важное амплуа – заботливый муж и отец. С женой Еленой они познакомились на благотворительном мероприятии в доме престарелых. Он играл, она приехала со студентами-волонтёрами. Преподаватель университета, Елена также с музыкой на «ты»: она дарит мужу песни, он ей – музыку. 



На потерю зрения Дмитрий смотрит философски:

– Однажды у Ника Вуйчича спросили: «Что бы ты отдал за руки и ноги?» Он сказал, что они ему не нужны. И я его понимаю. Я научился жить без зрения и счастлив, потому что всё необходимое у меня есть: жена, дети, любимое дело, вера в Бога. Почему про людей с инвалидностью говорят, что Бог у них что-то забрал? Мы сами теряем. Это могут быть последствия ошибок прошлых поколений – эдакая генетика на высшем уровне. Но когда человек обращается к Богу, для утешения он даёт что-то взамен.



Наш герой мечтает поставить изготовление музыкальных инструментов на поток, чтобы приобщать к музыке больше людей. В идеале – сделать с родителями и детьми музыкальный коллектив. 

– Хочется приносить людям больше пользы. Ведь что самое важное в жизни? Развернуться в сторону любви. Чтобы каждый человек нёс в мир частичку добра и ценил ближнего как нечто уникальное.


Автор фото: Фото автора и из архива героя

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее, и нажмите Ctrl+Enter
Обсудить новость в соцсетях