Марафон смерти и печи «спортивного» лагеря: как уничтожали советских военнопленных в Дулаге-121 | Новости Гомеля
Выключить режим для слабовидящих
Настройки шрифта
По умолчаниюArialTimes New Roman
Межбуквенное расстояние
По умолчаниюБольшоеОгромное
Дмитрий Чернявский Дмитрий Чернявский Автор текста

Марафон смерти и печи «спортивного» лагеря: как уничтожали советских военнопленных в Дулаге-121

«Немецко-фашистские захватчики за период оккупации Гомеля уничтожили до 140 000 советских граждан, в том числе до 30 000 местных жителей и не менее 100 000 советских военнопленных», – было отмечено в акте Гомельской городской комиссии ЧГК о преступлениях, совершённых немецкими оккупантами. Работал настоящий конвейер смерти. И это длилось два года и три месяца. В апреле 2021 года Генеральная прокуратура приняла решение о возбуждении уголовного дела по факту геноцида белорусского народа в годы Великой Отечественной войны. В нашем проекте «Гомель. История геноцида», основываясь на документах, предоставленных прокуратурой города Гомеля, мы расскажем, как это было.



Марафон смерти. 

Продолжительность рабочего дня в гомельском лагере для советских военнопленных Дулаг-121 составляла от 12 до 15 часов. Бойцов и командиров РККА использовали не только на погрузке боеприпасов, рытье противотанковых рвов, их впрягали по 10-15 человек в повозки, чтобы перевозить кирпич и дрова. 

– Многие не выдерживали и падали, не в состоянии двигаться дальше. Таких людей немецкие конвоиры убивали на месте. Были случаи, когда из колонны идущих к месту работ немцы убивали по 15-20 человек, – вспоминал бывший узник Якушев.

 Гитлеровские палачи отбирали физически крепких советских граждан и отправляли на тяжёлые работы в Германию. Для этого они устраивали смертельный «марафон». 

–  В начале декабря 1941 года из лагеря выпускали русских военнопленных и заставляли бежать по улице Тельмана через Советскую до Кирова. Более 200 слабых и истощённых голодом человек упали. Всех их немцы пристреливали в голову, – рассказывал бывший узник Быковский.


Истязая и мучая голодом военнопленных, фашистские головорезы запрещали гражданскому населению оказывать своим несчастным братьям какую-либо помощь. 

– Получивших еду узников немцы избивали прикладами и палками. Били и мирных жителей, передававших продукты, – вспоминала гомельчанка Крупник. – Один раз пленные красноармейцы из лагеря перекинули бумажку, прикреплённую к камню. Женщина, поднявшая её, была расстреляна на месте. 

– Придя к воротам лагеря, я увидела, как немецкие солдаты вели раненого советского командира, – рассказывала горожанка Евдокия Корнеевич. – Когда он упал, фашисты избили его прикладами так, что он не смог подняться. Пленника бросили на повозку и повезли. Стоявшая неподалёку старушка подошла к повозке и хотела передать офицеру яблоко и кусочек хлеба. Тот с жадностью протянул руку, но гитлеровец сильно ударил его по руке прикладом и грубо оттолкнул старушку.

Печи «спортивного» лагеря

Около 75 тысяч военнопленных (трупы лежали в пять–шесть рядов) фашисты захоронили во рву бывшего тира, располагавшегося на территории лагеря.  Его длина составляла 125 метров, ширина 25 при средней глубине три метра. 


  • Советские военнопленные сбрасывают трупы в ров бывшего тира, располагавшегося на территории лагеря Дулаг-121. 1941–1943 годы.

Закапывали замученных людей также в специальных ямах, образовавшихся после взрыва грунта (также на территории лагеря). От 18 до 20 тысяч человек было погребено в 142-метровом противотанковом рву, находящемся около клинкерного  завода (этот ров сейчас пересекает улицу Троллейбусную и проходит под Братской могилой советских воинов и военнопленных). Массово хоронили замученных людей и в 35-метровом противотанковом рву на 201-м километре железнодорожной линии Гомель-Жлобин и в ямах около элеватора. 

– Первое время немецкое командование никакой пищи военнопленным не давало, вследствие чего ежедневно умирало с голоду 800-900 человек, – вспоминала гомельчанка Евдокия Котова. – Каждое утро выезжали по несколько десятков подвод с мёртвыми телами. Их нагружали как дрова, один на одного, и накрывали брезентом. Часто из-под брезента виднелись отдельные части человеческих тел. В связи с тем, что смертность военнопленных не сокращалась, трупы стали вывозить на автомашинах на 9-й километр Новобелицы. 

– В январе 1942 года умерших было так много, что из них стали образовываться горы трупов, – делился выживший узник Якушев. – Когда вся площадь около лагеря была изрыта ямами, немцы стали сжигать трупы в четырёх печах, которые были установлены за лагерем на территории клинкерного завода. Они работали круглые сутки.  

Одна такая печь была рассчитана на уничтожение 25 тысяч человек. Рядом с печами, обнаруженными в 1970-м году, была найдена чугунная вывеска с орлом, свастикой и словами из готических букв на немецком языке, которые в переводе значили «спортивно-трудовой оздоровительный лагерь». 

Благотворительность по-фашистски

– Немецко-фашистские изверги, играя на патриотических чувствах советского населения, готового последними запасами пищи поделиться с военнопленными, издали воззвание к населению Гомеля и окружающих деревень с призывом помогать узникам, – рассказывала гомельчанка Евдокия Корнеевич. – Советские граждане на него откликнулись и начали собирать продукты и одежду. Но впоследствии выяснилось, что продукты и одежда были поделены между немецкими солдатами. А в августе 1942 года я видела проходившую по Ветреной улице (ныне Гагарина) тёмно-серую грузовую автомашину с закрытым кузовом. Я спросила у проходившего мимо гражданина, что это за автомобиль. Он мне ответил, что в этом грузовике людей отравляют газами.

Очевидцы вспоминали и то, как в январе 1942 года в Гомель прибыл железнодорожный эшелон из Брянска с советскими военнопленными. Их высадили на сортировочной станции, а оттуда этапом сопровождали в лагерь. Всего было около 500-600 человек. По дороге в Дулаг-121 шесть узников отошли от общей колонны на два метра. В этот момент к ним подбежали два немца и стали их избивать. Когда пленные упали на землю, немцы разбили им прикладами черепа так, что наружу вышли мозги. На месте жестокой расправы тела убитых пролежали четыре дня. 



Это место не «гут»

– Закоченевшие в сидячем положении, с согнутыми в локтях руками трупы пленных из машин сбрасывали вилами в противотанковый ров по правую сторону шоссейной дороги около кирпичного завода, – вспоминал обходчик железной дороги Павел Ливанский, который проживал в сторожевой будке на 201-м километре железной дороги Гомель-Жлобин (ныне там на пересечении улиц Советская и Ефремова находится Братская могила советских военнопленных и мирных жителей). – В беспорядочном положении замученные люди лежали семь дней, не прикрытые землёй. Над ними ежедневно кружились стаи ворон, выклёвывая глаза и все поддающиеся клюву части тел, которые растаскивали и бродячие собаки. После того как, со слов немцев, было привезено 2500 трупов, ров был немного засыпан землёй, но тела мёртвых были видны и оставались в таком состоянии, пока их не засыпало снегом. И лишь в мае 1942 года ров зарыли.

Случалось, в момент сбрасывания трупов в ров на перекладном мосту через линию железной дороги собирались мирные граждане. 

– Немцы открывали огонь из винтовок и разгоняли плачущих женщин, стариков и детей, которые всматривались в трупы, ища родных и знакомых, – вспоминал Павел Ливанский. – Один из немцев зашёл ко мне в домой и рассказал, что это место не «гут», здесь много гражданских, которые всё видят и не дают спокойно работать. Поэтому трупы будут возить в другое место, где никто ничего не увидит.

«Экскурсия» для палачей. 

Далее обходчик железнодорожных путей воспоминал, как с ноября 1941-го по апрель 1942 года немецкие офицеры и солдаты целыми толпами собирались у рва, где сваливали трупы пленных, поднимали смех и ради продления своего удовольствия фотографировали изуродованных побоями, истощённых и измученных невыносимыми для человека условиями лагерной жизни тела советских военнопленных. 

– Такие «экскурсии» немцев к месту свалки трупов были почти ежедневно, как только в город прибывали новые военные части, – приводились слова Павла Ливанского в протоколе допроса. – Когда к маю 1942 года трупы начали разлагаться и распространять невыносимую вонь, немцы для их зарывания выгоняли мирных советских граждан, но так как они разбегались, не вынося запаха и жуткого зрелища, немцы под конвоем пригоняли военнопленных, которые зарывали ров с трупами до конца июля 1942 года. А так как земля оседала, приходилось подсыпать её несколько раз.

Продолжение следует…


Автор фото: предоставлены прокуратурой города Гомеля и из личного архива Юрия ПАНКОВА

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее, и нажмите Ctrl+Enter
Обсудить новость в соцсетях