Оружие Победы: с медицинской сумкой через всю войну | Новости Гомеля
Дмитрий Чернявский Дмитрий Чернявский Автор текста
14:30 21 Марта 2019 Общество

Оружие Победы: с медицинской сумкой через всю войну

Фронтовики за годы войны стали закалёнными солдатами, их воля и мужество не уступали в крепости оружейной стали. За каждой винтовкой и пулемётом, за каждым артиллерийским и танковым выстрелом, брошенной гранатой и гулом самолёта встаёт история человека, руки которого превращали боевую технику в грозную силу в жестокой битве с врагом. 

Редакция газеты «Гомельские ведомости» совместно с Гомельским областным музеем военной славы продолжает проект, посвящённый Победе в Великой Отечественной войне. Ветераны спустя многие годы прикоснутся к оружию, и их воспоминания оживут. Музейные экспонаты соединятся с фронтовыми историями свидетелей тех судьбоносных событий. И мы перенесёмся на поля сражений, пройдём по дорогам войны, чтобы вместе с воинами пережить все фронтовые испытания. 


– А из карабина на войне стреляли? – интересуюсь у ветерана Ивана Кондрусева, которому на днях исполнилось 100 лет.

 – И не только на войне. Ещё до того, как попал на фронт, учился меткости. Стал ворошиловским стрелком 2-й степени. Для этого нужно было выполнить норму по стрельбе из боевой винтовки, – Иван Дмитриевич привычным движением пытается передёрнуть запаянный затвор, а потом прикладывает увесистый приклад к щеке. 


Автор видео: Ирина Чернявская. Монтаж: Игорь Степанцов.

Цветы, торт от РУП «Гомельхлебпрома», тёплые слова благодарности за многолетний труд – в Гомельском городском совете ветеранов Ивана Кондрусева в торжественной обстановке поздравляют с вековым юбилеем представители центральной районной ветеранской организации Гомеля. Именинник делится подробностями биографии. Но получаса мало, чтобы рассказать обо всём, и мы направляемся в Гомельский областной музей военной славы расспросить о фронтовых буднях. А помочь в этом должны предметы прошлого.  У входа нас встречает главный хранитель фондов музея Игорь Хоришко, который держит в руках медицинскую сумку и ставший уже экспонатом выставки карабин.

Запечатлеть ветерана решаем рядом со знаменитой полуторкой. Именно на такой в 1941 году  Иван Кондрусев выходил из окружения под Кобрином.


– Я спросил у командира:  «Раненые есть?» А он мне: «Все на поле боя». Пришлось бегом, а где и ползком вытаскивать солдат, – вспоминает бывший военфельдшер. –  Завёз в медсанбат одну машину, разгрузил и обратно поехал собирать красноармейцев с места сражения. А в это время девчонка-фельдшерица, сопровождавшая два грузовика с ранеными, вернулась: «Не могу пробиться в тыл. Окружили нас!» И тогда начальник медсанбата приказал мне во что бы то ни стало вывезти три машины с ранеными в тыл. Отправился я примерно в час дня. И только под утро следующего пробился к дороге на Столбцы. Всюду ведь были немцы. Или бой шёл, или фашистский десант высаживался. Приехал в Минск. А он страшно разрушен! Вдоль дороги столбы, выкорчеванные бомбёжками, лежат. Клочья электрических проводов валяются. Подъезжаю к областному военному госпиталю. Там никого и из каждого окна пламя бьёт. В общем, сдал раненых только в Могилёве, – за разговором подходим к полуторке. Глаза Ивана Кондрусева останавливаются на информационных табличках. Он читает характеристики пушек, которые выставлены во дворике музея, что-то вспоминает про себя. 

– Снимите, пожалуйста, на минуту куртку. Хотим запечатлеть вас на фото с наградами, – прошу я. 

– Нельзя, – беспокоится правнучка ветерана Ирина. – Родственники увидят, будут волноваться. Всё-таки ещё не лето.

– Если надо, сниму, – Иван Дмитриевич молодцевато приосанивается и опускает руку на медицинскую сумку, которая была верной спутницей бывшего военфельдшера.

Пару кадров, и мы направляемся побеседовать о прошлом в один из залов музея.  Иван Кондрусев вспоминает, как в 1939 году был призван в Красную армию, участвовал в советско-финской войне:

– Перед нами был лес. Так вот, после боёв от деревьев остались одни «тычки», – ветеран отставляет вверх палец, показывая то, что осталось от стволов деревьев. –  Особенно тяжёлое сражение было за высоту «Груша». В дикий холод мне приходилось без конца перевязывать раненых. Помню, в рощице 50 на 50 метров по нам прямой наводкой ударили зенитки. Одному бойцу осколком распороло грудь. Я перебинтовал его, так он мне за спасение на память свою фотокарточку подарил.


– Орден Красной Звезды там же, на финской получили? – интересуюсь.

– Нет. Это во время Великой Отечественной. Шашкой я не махал, поэтому не буду хвастаться. А за что? Сейчас и не вспомню…

Позже на сайте «Подвиг народа» Министерства обороны России я нахожу наградной  лист на имя Ивана Кондрусева. Читаю: «За период боёв с 14 по 19 января 1945 года под сильным огнём противника  вынес с поля боя 15 красноармейцев. При прорыве обороны противника на германской границе 20 января 1945 года под сильным огнём эвакуировал в тыл пять тяжелораненых бойцов, чем спас им жизнь».

Но это было в конце войны, а в 1941 году, так и не выйдя из окружения, Иван Дмитриевич попал в партизанский отряд имени А. В. Суворова. Сражался с врагом на территории Буда-Кошелёвского района. 

– Оказался там вместе с женой Ниной, с которой только вступил в брак. Познакомился, когда она работала медсестрой в барановичском военном госпитале.

– Не страшно было жениться в начале войны? 

– Так а что было делать? Убегать от любви? – улыбается фронтовик. – А в 1943-м, когда началось освобождение Белорусской ССР, влился в ряды Красной армии. Так как находился на оккупированной территории, меня, согласно законам того времени, отправили воевать санитаром в 8-й штрафной батальон. В его составе участвовал в боях под Рогачёвом.

– Как выжили?

– А ползал по земле целый месяц. Голову не поднимал, когда вытаскивал с поля боя красноармейцев.  Наверное, поэтому и остался жив.  

– И ранений не было?

– Были, – ветеран показывает ладони, на которых от больших пальцев к запястью идут шрамы. 

– Как получили?

– А кто его знает. Ладони раскроило то ли осколком, то ли пулей. Но я в тыл не пошёл. Сделал себе перевязку и принялся дальше бинтовать раненых. Не пошёл в тыловой госпиталь и после двух ранений в спину.  Тяжело пришлось только в боях на территории Германии, когда на меня от взрыва упала стена дома. Так сдавило всё внутри! Если бы товарищи не откопали, с вами бы здесь не сидел.

– Тяжело было с поля боя раненых вытаскивать?

– Лёгко, прямо как конфеты есть, – щурится ветеран и, помолчав, серьёзно добавляет: – Особенно если в ногу ранит. Тех, кого противник видел, стаскивал в воронку, перевязывал и, дождавшись сумерек, тащил к своим. Я ведь и хирургу ассистировал во время операций. Делал вместе с ним ампутации. Чтобы обезболить, ставил новокаиновую блокаду. Срезал мышечный слой, а потом специальным ножом пилил кость. Работали мы сутками до изнеможения, а раненые всё не заканчивались и не заканчивались. 


Вспоминает Иван Кондрусев и о том, как однажды сутки его штрафной батальон удерживал оборону на шоссе:

–  Машины немцев двигались со стороны Бреста. Пьяные фашисты спрыгивали с них и с автоматами наперевес  шагали прямо на нас. Мы за день отбили девять атак. А потом до Варшавы шли впереди стрелковых подразделений, пробивая дорогу, расширяя плацдармы. На переформировании узнали: через штаб фронта поступили документы о нашей реабилитации, восстановлении в званиях… 

Так Иван Дмитриевич попал в 814-й артиллерийский полк 274-й Ярцевской стрелковой дивизии, с которым дошёл  до Берлина. 

В 1945 году жена военврача родила мальчика. Из-за наступления и бесконечного потока раненых у Ивана Дмитриевича не было времени писать письма. Полгода Нина, которая в то время вместе с сыном жила у родственников в Ленинграде, не получала весточек от любимого мужа. Решила, что пропал без вести, но продолжала ждать. Какой же неожиданностью для неё стало возвращение мужа с фронта! Военврач забрал супругу с ребёнком в Германию, где продолжал служить в армии. 

А после возвращения на родину в 1947 году Иван Кондрусев стал заведующим Мотневичским фельдшерско-акушерским пунктом Чечерского района. За 50 лет работы в должности приходилось отправляться на выезды зачастую по ночам, так как медик не мог отказывать в помощи. Вместе с мужем в фельдшерском пункте акушеркой работала боевая подруга и верная спутница жизни Нина Варфоломеевна. Она же, будучи родом из Ленинграда, привила мужу любовь к искусству, интерес к выставкам. Ветеран до сих пор перед сном читает семитомное издание, посвящённое западноевропейскому искусству. А имея огромный жизненный опыт, старается помочь советом пяти внукам и восьми правнукам.

Прощаясь, не могу не спросить Ивана Дмитриевича, в чём секрет его долголетия:

– Не знаю. Как-то повезло. Читаю медицинские журналы, там всё написано. Для здоровья каждое утро 10-15 минут разминаю плечи, поясницу, ноги, руки. Хожу по пять минут на эллиптическом тренажёре, который заменяет лыжи. А летом помогаю дочке на огороде пропалывать грядки. Скоро начнётся дачный сезон, так что мне сидеть на месте некогда.



Автор фото: Ирина Чернявская

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее, и нажмите Ctrl+Enter
Обсудить новость в соцсетях